Маленькое счастье
Магия любви, привороты, отвороты, заговоры, приметы, фен-шуй, значение имени, отношения, психология, гадания, таро, руны и многое другое.

Дали вольную — крестьяне недовольные

Дали вольную — крестьяне недовольные

Отмену крепостного права в деревне встретили без особой радости, а кое-где мужики даже взялись за вилы — думали, помещики их обманывают.

В столице государства российского неспокойно.

Наступила середина марта 1861 года.

Что-то будет… Смутные тревоги и надежды витают в воздухе.

Император изволит вскоре объявить о важном решении — вероятно, крестьянского вопроса, что так давно обсуждается. Дворовые люди ждут воли, а их господа боятся — не дай бог народец выйдет из повиновения.

В сумерках по Гороховой, Большой Морской и другим улицам тянутся к тринадцати съезжим дворам возы с розгами, а за ними чеканят шаг солдатские роты.

Полиция принимает их в подчинение и готовится к волнениям после прочтения царского манифеста.

И вот настало утро 17 марта, и манифест об освобождении крестьян зачитан, однако в Петербурге и Москве спокойно.

Крестьян в это время в городах мало, уже разъехались с сезонной работы по деревням.

Священники и чиновники читают народу документ Александра II там, на земле: Крепостное право на крестьян, водворённых в помещичьих имениях, отменяется навсегда.

Император следует своему обещанию: Мы положили в сердце своём обет обнимать Нашею Царскою Любовию и попечением всех Наших верноподданных всякого звания и сословия….

То, чего думающие русские люди жаждали целое столетие, сделано!

Александр Иванович Герцен пишет из-за границы о царе: Его имя теперь уже стоит выше всех его предшественников.

Он боролся во имя человеческих прав, во имя сострадания, против хищной толпы закоснелых негодяев и сломил их.

Это ему ни народ русский, ни всемирная история не забудут… Мы приветствуем его имя освободителя!

Дали вольную — крестьяне недовольные

Не зря Герцен радуется.

Русский крестьянин наконец-то получил волю.

Хотя… не совсем.

Иначе зачем готовить розги и вводить в столицу войска?

Землю крестьянам?

Вся проблема в том, что крестьян освободили без земли.

Потому правительство и боялось волнений.

Во-первых, дать волю всем и сразу оказалось невозможно хотя бы потому, что на проведение реформы требовалось 2 года.

Пока в каждую деревню огромной России доедет грамотный человек и составит уставные грамоты и всех рассудит… А в это время всё будет по-прежнему: с оброком, барщиной и прочими повинностями.

Только после этого крестьянин получал и личную свободу, и гражданские права, то есть выходил из практически рабского состояния.

Во-вторых, даже это не означало конец переходного периода.

Земля оставалась в собственности помещиков, а значит, земледельцу придётся ещё долго зависеть от собственника — пока не выкупит у него свой надел.

Так как всё это обмануло надежды крестьян, они стали роптать: как это — свобода и без земли, без домов и угодий, да ещё годами платить барину?

Манифест и Положение о крестьянах читали, в основном, в церквях местные батюшки.

Газеты писали, что весть о свободе встретили с радостью.

Но на деле люди выходили из храмов с поникшей головой, хмурые и, как писали очевидцы, в недоумении.

Министр внутренних дел П. А. Валуев признавал: манифест не произвёл сильного впечатления в народе и по содержанию своему даже не мог произвести этого впечатления. (…) Так ещё два года! или Так только через два года! — слышалось большей частью и в церквах, и на улицах.

Историк П. А. Зайончковский приводит типичный случай, который произошёл с одним сельским священником — ему пришлось остановить чтение царского документа, так как крестьяне подняли страшный шум: Да какая же это воля?; В два-го года-то все животы наши вымотают. Публицист Ю. Ф. Самарин 23 марта 1861 г. писал: В толпе слышались отзывы: Ну, не того мы ждали, не за что и благодарить, нас надули .

Дали вольную — крестьяне недовольные

Село Бездна и бездна проблем

В 42 губерниях империи дошло до волнений — большей частью мирных, но всё же тревожных.

За 1861−1863 гг. произошло более 1100 крестьянских выступлений, вдвое больше, чем за предшествующие 5 лет.

Протестовали, конечно, не против отмены крепостничества, а против такой отмены.

Крестьяне думали, что обманывают их помещики — подкупили священников и дурят, а настоящую царскую волю и манифест скрывают.

Ну, или корысти ради трактуют его по-своему.

Мол, не мог царь русский такое придумать!

Народ сбегался к грамотным людям и просил их истолковать манифест правильно — в крестьянских интересах.

Затем они отказывались отрабатывать барщину и платить оброк, не дожидаясь никакого двухгодичного срока.

Увещевать их было сложно.

В Гродненской губернии около 10 тыс. крестьян отказались нести барщину, в Тамбовской — около 8 тыс.

Выступления продолжались 2 года, но пик их пришёлся на первые несколько месяцев.

В марте крестьянские волнения усмиряли в 7 губерниях — Волынской, Черниговской, Могилёвской, Гродненской, Витебской, Ковенской и Петербургской.

В апреле — уже в 28, в мае — в 32 губерниях.

Где не получалось успокоить людей уговорами, где били священников и громили волостные конторы, приходилось действовать силой оружия.

В подавлении выступлений участвовало 64 пехотных и 16 кавалерийских полка.

Дали вольную — крестьяне недовольные

Не обошлось без человеческих жертв.

Настоящее восстание подняли крестьяне села Бездна в Казанской губернии.

Мужики сбежались к наиболее грамотному из них — Антону Петрову, и он подтвердил: царь дарует волю немедленно, и ничего они помещикам больше не должны, а земля отныне — крестьянская.

Так как он говорил то, что все желали услышать, молва о Петрове быстро дошла до окрестных селений, гнев народа и отказ от барщины стали массовыми, а в Бездне собрались 4 тыс. крестьян.

Генерал-майор граф Апраксин подавлял бунт с 2 ротами пехоты.

Так как бунтовщики отказались выдать Петрова, граф приказал стрелять по ним (к слову, совершенно безоружным).

Через несколько залпов Петров сам вышел к генералу из окружённой народом избы, но солдаты уже успели убить 55 крестьян (по другим данным, 61), ещё 41 человек скончался позже от ран.

Эту кровавую расправу осудили даже губернатор и многие другие чиновники — всё-таки мятежники никому не причинили вреда и не держали в руках оружия.

Тем не менее военный суд приговорил Петрова к расстрелу, а многих крестьян — к наказанию розгами.

Секли непокорных и в других сёлах — по 10, 50, 100 ударов… Где-то, наоборот, крестьяне погнали карателей.

В Пензенской губернии в селе Черногай мужики с вилами и кольями заставили отступить пехотную роту и взяли в плен солдата и унтер-офицера.

Затем в соседней Кандиевке собрались 10 тыс. недовольных помещиками.

18 апреля генерал-майор Дренякин пытался уговорить их прекратить бунт — не помогло; затем он угрожал им — без толку.

И тогда генерал, хотя и понимал, что крестьяне искренне заблуждаются в толковании императорского манифеста, отдал приказ дать залп.

Тогда бунтовщики подняли руки: Все до одного умрём, не покоримся.

Жуткая картина… Вот что, по воспоминаниям генерала, произошло после второго залпа: Я показал подвинувшейся ко мне толпе походный мой образ (благословение матери) и клялся пред народом, что говорю правду и правильно толкую высочайше дарованные крестьянам права.

Но клятве моей не поверили.

Стрелять тоже оказалось бесполезно.

Пришлось солдатам арестовать 410 человек, только тогда остальные разбежались.

Усмирение Кандиевки стоило жизней 8 крестьян.

Ещё 114 человек поплатились за неповиновение.

Шпицрутены, розги, ссылки на каторгу, тюрьма.

Дали вольную — крестьяне недовольные

Количество случаев, в которых пришлось подавлять волнения войсками, никто не считал, но речь идёт о нескольких сотнях.

Иногда появления пехотной роты и разъяснений офицеров хватало, чтобы крестьяне поверили в подлинность Манифеста и успокоились.

За всё время не погибло ни одного военного — лишнее подтверждение тому, что гневался народ не на государя и не на государевых людей в мундирах.

К счастью, история Бездны и Кандиевки — исключения.

В большинстве случаев удавалось усмирить народ уговорами, угрозами или небольшими наказаниями.

К середине 1860-х годов волнения сошли на нет.

Крестьяне смирились со своей горькой участью.

Трагедия отмены крепостного права заключается в том, что эта реформа — без сомнения, самая сложная в жизни великого Александра II — не могла быть быстрой и безболезненной.

Слишком глубоко крепостничество пустило свои корни в жизнь народа, слишком сильно определяло все отношения в обществе.

Государство опиралось на людей, значительную часть которых кормила крепостническая система, и не могло отнять у них всё, но в то же время не могло выкупить у них землю целиком.

Лишить имущества корыстных дворян — погибель для царя и государства, но и держать в рабстве миллионы людей — тоже.

Единственное возможное решение, которое и принял Александр в этой патовой ситуации, — попытка провести компромиссную реформу: освободить крестьян, хотя бы и обязав их заплатить выкуп (выкупные платежи отменили только в 1905 году).

Да, это решение получилось не самым удачным.

Как писал Некрасов, одним концом по барину, другим по мужику.

Но, так или иначе, с рабством было покончено.

Комментарии закрыты.